Кудряши, или Разыгранный Фрейшиц перстами неробких учениц

Есть такая особая категория студенческих театральных мастерских, которые получают прозвища, образованные от фамилий мастеров: хейфецы (Леонид Хейфец), камни (Евгений Каменькович), женовачи (Сергей Женовач).Среди них – мастерская Олега Кудряшова, которую все по-свойски называют «кудряшами». Эта метонимичная привычка в театральной среде – очевидный знак одаренности курса: никто не будет придумывать такие клички мастерским, на спектакли которых возвращаться не хочется. То ли дело ответить: «Я сегодня опять у кудряшей». Как будто в гости к друзьям идешь.
Насчет студенческих спектаклей всегда много сомнений: стоит ли тратить время на работы еще вроде как «недоактеров», «недорежиссеров», а если все же стоит, то кого выбрать, ведь мастерских в одних только главных театральных школах (ГИТИСе, Щуке, Щепке) развелось огромное количество. Эти сомнения понять можно: многие работы, кажется, и не намерены выйти за рамки своей «недо» – сущности, мертвечиной от них несет не меньше, чем от спектаклей Малого театра и прочих навеки законсервировавшихся репертуарных театров. Но если все же поискать и найти своих «кудряшей», «хейфецов» и «камней», есть шанс увидеть, как зарождаются и формируются новые театральные явления. От них даже при неровной игре и режиссуреискрит силой, тем, что принято называть энергетикой.
В этом году ГИТИС выпуституже третьих «кудряшей», но что подозрительно, первые (2006) и вторые (2010) «кудряши» были такими же сильными и талантливыми, как и нынешние. Кто знает, может у Олега Кудряшова есть какое-то тайное знание, как подбирать себе самых лучших актеров на курс. Но попробовать выявить какие-то отдельные секреты этого кудряшовского знания можно.
Начнем с того, что все «кудряши» хорошо и много поют. Для драматического театра это редкость. Лучше всего им удается народное пение, хотя блюз и рок в их исполнении звучат достойно. У них есть даже отдельный музыкальный концерт-спектакль«What’stheBuzz?». «Buzz» – жужжание, гудение, гул; суета, слух, молва; кайф, состояние перевозбуждения; каприз, причуда; «зависание» системы. Все значения здесь перечислены не из занудства: эти разные звуки кудряши умудряются воспроизвести за время одного спектакля. Начинают они с церковных песнопений и духовных стихов, затем поют народные песни, а заканчивают номерами из арии «Иисус Христос – суперзвезда» Эндрю Ллойда Уэббера. А еще поют романсы Альфреда Шнитке и Александра Варламова. Особенно удачный номер спектакля – сценка, разыгранная актрисами по народной песне «Кострома». В современной сокращенной версии смысл песни искажен: крестьянка Кострома много трудится, потом заболевает, на что ее подруги отвечают: «Заболела – полечитеся». Кудряши исполняют полную версию песни: вначале Кострома «прядиво мяла», «от красна ткала», потом «болела – болела, да померла». И вдруг в последнем куплете она вновь отвечает на приветствие подругам: «Болела-болела, померла было, а теперь, как вскочу, да попрыгаю». В таком финале гораздо больше воли к жизни, но и, как ни парадоксально, безысходности. Получился спектакль в спектакле. За десять минут харизматичных, каждый раз по-новому ироничных вопросов нараспев и грустных, но бойких и сильных ответов, проступает трогательная и вечная история жизни русской женщины (все той же, что «в горящую избу войдет»).
Кстати, «кудряши» вообще отлично справляются с традиционно проблемными ролями стариков и крестьян. В постмодернистских театральных постановках чаще всего возраст героев слишком условен, чтобы можно было задумываться о достоверности игры актеров всерьез, а в консервативных наклеенная борода и слои грима превращают все действие в фарс. Кудряши не впадают в крайности: не убегают от исторической правдоподобности, не превращают свою игру в китч, но при этом не устраивают и маски-шоу. Они, скорее, стремятся к документальности. Особенно это видно в спектакле «В.О.Л.К.», ради которого студенты ездили в Сибирь: понаблюдать за жизнью, за людьми, за интонациями в местах, где происходило действие спектакля.

This slideshow requires JavaScript.

«В.О.Л.К.»
Спектакль В.О.Л.К. (Вот Она Любовь Какая)режиссера Светланы Земляковой поставлен по неопубликованному роману Василия Аксенова «10 посещений моей возлюбленной». Сибирь, село Ялань, 60-е годы 20-го века. Главный герой Олег Истомин (Павел Пархоменко) – одиннадцатиклассник, влюбляется и начинает встречаться с девушкой Таней (Мария Фомина) из соседнего села. Первая любовь, первый опыт отношений. Кажется, все навсегда. Но потом Истомин уходит в армию, а когда возвращается, его возлюбленная уже с другим: три года – слишком много. Но дело, конечно, не в годах. Дело в том, что по юности Истомин сам не разобрался в своих чувствах, не понял, что любит свою тихую одноклассницу Галю (которая из-за того, что она тихая, любила Истомина тихо), а не бойкую девицу из соседнего села. В юности так часто бывает: вроде бы понравилась, вроде бы надо было с кем-то встречаться, вроде бы она отвечала взаимностью. Вот и вышло как-то так: нелепо и глупо. Во время застольной финальной сцены повзрослевшему Олегу Истомину сообщают, что его тихая одноклассница Галя умерла в родах: сына просила назвать Олегом. Вот она, оказывается, любовь какая.
Спектакль был бы банальным и скучным, если бы заключал в себе только эту вполне типичную и всеми обсуждаемую тему взросления, первой любви и невысказанного чувства. Но это не так. «В.О.Л.К», продолжительностью почти 4 часа, – это целый дневник микроисторий, зарисовок, собранных в общую историю одного сибирского села, одного времени, одной страны. Это история людей, которые каждый день бегают смотреть в кинотеатр, где в репертуаре – одна только «Кавказская пленница». Все мужчины в селе тайно влюблены в главную героиню фильма, но никто в этом никогда не признается. Это история супружеских пар, которые бранят друг друга страшными словами, а прожить друг без друга не могут. Это история молодежи, которая любит группу «Битлз», но поет ее песни на свой лад: под гармошку и со словами невпопад (кто как услышит). Это история о мужиках с их вечными спорами о том, есть ли Бог, и о бабах, удел которых утихомиривать этих самых мужиков. В этом спектакле «кудряши» как всегда поют песни разных эпох и жанров. Там есть и Высоцкий (в исполнении, пожалуй, самого мощного актера курса – Александра Мичкова), и популярная музыка 60-х в исполнении вечной музыкальной тройки курса (Павел Пархоменко, Александр Мичков, Алексей Золотовицкий) и, как всегда, народное хоровое (в исполнении всех девушек курса).
Особое, глубокое чувство корневого, народного у «кудряшей» проходит через все их спектакли. Например, оно вновь ярко проступает наружу в другой постановке все той же Светланы Земляковой – в «Евгении Онегине». Вообще «кудряши» – это такая вечная барышня-крестьянка, которая во всех нарядах хороша.

This slideshow requires JavaScript.

«Евгений Онегин.«…или разыгранный Фрейшиц перстами робких учениц»
«Евгений Онегин» у «кудряшей» – это так и не собравшийся кубик Рубика. Не собравшийся потому, что спектакль продолжительностью три с половиной часа заканчивается дуэлью Онегина и Ленского. Нет там Москвы, нет отвергнутого Онегина и несчастной Татьяны. В кудряшовском «Евгении Онегине» все играют всех. Если посмотреть на программку, то выяснится, что Онегиных в этом спектакле четыре, Татьян – шесть, Ленских – три, Ольг – две. Это бесконечная круговерть, заигрывание с текстом, исследование его с разных сторон. А что если так прочитать письмо Татьяны? Нет, так неправильно, нужно по-другому, и еще по-другому. Какой он, Онегин? Какой Ленский? А вдруг Ленский – это Онегин и наоборот? Всё отзеркаливает всё, даже зрительный зал отражается в зеркалах мизансцен. И Пушкин-Онегин-Ленский разговаривают и с нами. Полное название спектакля звучит так: «Евгений Онегин.«…или разыгранный Фрейшиц перстами робких учениц». Ученицы и ученики не кажутся робкими, но именно в этом спектакле особенно видно, что спектакль играют молодые актеры, ученики – хорошем смысле. Нестройность композиции и некоторую затянутость легко простить: именно тут можно увидеть, как зарождается театр. Здесь актеры сыгрываются, они ищут и разбирают свои идеи и свои возможности. Они находят себя и в героях и XVIII века – спектакль «История любви», и XIX-го – «Евгений Онегин», и немного в утопии XX века – «Деревня Перемилово» (этюды на картины«наивного» художника Владимира Любарова.)
Музиль в «Человеке без свойств» писал, что во все времена есть все разновидности лиц, но каждый раз время выделяет и возводит в культ какую-то определенную черту. Все прочие лица под нее начинают подстраиваться. И тут мы подходим к завершающей характеристике кудряшовского курса. Лица почти всех кудряшей совсем не уподобляются современности, впрочем, они не уподобляются и предыдущим эпохам. Они застряли где-то между, и этим обрели свою уникальную пластилиновость. Это актеры не одной струны (что иногда тоже бывает талантливо, как в случае с «женовачами»). «Кудряши» играют в первую очередь не себя, умеют перевоплотиться. Вот и в новом спектакле режиссера Кирилла Вытоптова «ИУ\Да» по повести Леонида Андреева «Иуда Искариот» у них получается раскрыть библейскую интерпретацию жестами поколения 90-х.

This slideshow requires JavaScript.

«What’s the Buzz?»
В мае спектакль «В.О.Л.К» будет участвовать в фестивале «Твой шанс», и, возможно, останется жить дальше. В театре им. Маяковского только что состоялась премьера студента Григория Добрыгина «Лакейская», где «кудряши» тоже все еще вместе. Но скоро многие ученические спектакли уйдут в архив, а «кудряши» разбредутся по разным театрам.
После выпуска их обычно расхватывают лучшие театры (Студия театрального искусства, Мастерская Петра Фоменко, Современник, театр Наций, театр Маяковского), и уже сейчас можно делать ставки, кто и куда попадет из текущего, третьего выпуска. Правда и зрителям, и самому курсу разбредаться по разным театрам не хочется. Ну а пока еще можно успеть посмотреть на то, что идет в известной ученической 39-й аудитории в Малом Кисловском переулке. Там перед спектаклем в коридоре часто можно встретить грозного пожилого мужчину, который прикрикивает на суетящихся молодых актеров. Это сам Олег Кудряшов, который и в этом году, будем надеяться, не изменит своему тайному знанию и наберет четвертых особенных «кудряшей».

Author